26.05.2015

Герои Семяшкины
история одного рода / Очень личное

Участница трудового фронта Мария Васильевна Семяшкина из Ухты мне знакома давно: она была замужем за моим дядей Анатолием Федоровичем Терентьевым. Вместе они вырастили четверых сыновей. Всегда были гостеприимными хозяевами. В любой приезд у них можно было застать кого-нибудь из близлежащих сел и деревень.

семяшкина_1.jpg

Случай с ножницами

Мария Васильевна из деревни Винла часто вспоминала, как жила семья в послевоенное время. Недавно решил навестить ее, чтобы освежить в памяти слышанное ранее. Приехал без предупреждения, но снова, едва увидев нас на пороге, Мария Васильевна бросилась накрывать стол.
Лишь накормив досыта, согласилась отвечать на вопросы. Вот, что рассказала неутомимая труженица, стаж работы которой более полувека.
Ее дед Аврам Иванович был женат на Аксинье Мамонтовне, уроженке Винлы. Отец Василий Аврамович привез невесту из села Кедва. Звали ее Анастасия Ивановна. Они родили шестерых детей, правда, двое умерли в младенчестве.
Старший брат Леонид слыл в деревне удачливым охотником и рыбаком, работал в колхозе, а потом в совхозе. Неизвестно, как бы сложилась его судьба, если б не несчастный случай. Было ему три годика, когда на голову упали ножницы, засунутые кем-то из родных между матицей и потолком. С того времени мальчик перестал разговаривать. Хотели отвезти в больницу села Ижма, в тогдашний райцентр, но дед отказался отдавать внука. Шел 1930-ый год…
В военное время Семяшкиных выручило то, что Леонид освоил охотничьи премудрости, которым учил отец. В то время как Василий Аврамович нес службу в Ухте, главным добытчиком стал старший сын.
У деревенских охотников традиция: если кто добывал дичи больше, чем нужно для пропитания, раздавал нуждающимся. В одну из послевоенных зим Леонид Васильевич сумел завалить аж девять лосей! По словам Марии Васильевны, вывозить их помогали всем миром. Мясо раздали в те семьи, где не было охотников. Умер Леонид Васильевич в 1999 году. Детей у него не было.

Женщина – к улову

Младший брат Аким как-то осенью занимался во дворе хозяйственными делами. Проходившая мимо соседка крикнула: «Аким, смотри, гусь летит!». Тот бросился в дом. Выбежал с заряженным ружьем. Выстрелил. Гусь камнем упал к ногам.
С супругой Ираидой он поднял двух сыновей и дочь. Умер в 1998-ом.
Сестра Таисия проживает в Порожске. У нее два сына. А теперь о Марии Васильевне. После того, как она вышла замуж за моего дядю Анатолия, они переехали в деревню Аким. В тот год колхоз «Новая деревня» преобразовали в бригаду совхоза «Ухта». В Акиме родился сын Ванечка, став третьим ребенком Марии Васильевны. Жили в дедовском доме. Первую комнату он выделил семье сына Анатолия. В дальней жил второй сын Егор с супругой Клавдией и детьми. В центральной – дедушка с бабушкой. Помню, как дед угощал меня лесными и речными деликатесами в той комнате.
В Ижме-кормилице водилось много всякой рыбы. Дед мой Федор Иванович с братьями Григорием и Николаем любили, да и умели ловить ее. Однажды он приметил, что если с ними на рыбалку идет невестка Мария, то обязательно все будет так, как надо. После этого три брата частенько брали с собой ее. Бывало, закинут невод у устья речки Сюзью, два брата садятся в лодку и тянут невод, третий на берегу, ему помогает Мария Васильевна.
Неводили до первого переката, что ниже деревни Аким. Когда невод вытаскивали на берег, почти всегда оказывалось полно рыбы. Штук семь-восемь самой вкусной – семги.
Братья делили улов по-братски. Марии же не давали. Женщинам не положено.
В 1962-ом она уговорила мужа уехать из деревни. Перебрались в ухтинский поселок Сангородок. Позже его назвали Шудаяг. Жена устроилась в тепличное хозяйство совхоза «Ухта». Там и проработала до выхода на пенсию. На заслуженном отдыхе работу не бросила. До 80-ти лет не могла оторваться от труда. Деревенская жилка трудоголика!

лось.jpg

деревня_1.jpg

Жестокая расправа

У Марии Васильевны был родной дядя Кирилл. С его именем связана жуткая история.
В наших краях в предвоенные годы располагалось много лагерей для разного рода заключенных. От них местное население имело большие проблемы, особенно летом, когда в лесу появлялись ягоды и грибы. В то время из лагерей бежало много осужденных.
В августе 1940 года колхозники докашивали последние луга. Василий Аврамович в тот день работал на конной косилке на лугу «Винла видз», а младший брат Кирилл взял отцовское ружье и пошел в лес, подстрелить пару рябчиков, которых в том году развелось невероятно много.
В послеобеденное время, когда солнышко начало клониться к западу, Василию Аврамовичу послышались то ли стоны, то ли крики. Он остановил лошадь и прислушался. Семяшкин слез с косилки и пошел на голос. Пройдя метров десять, увидел ползущего к нему окровавленного с головы до ног человека, в котором с трудом узнал Кирилла. Осмотрев раненого, распряг лошадь и отправил верхом помощницу Сусанну Терентьеву в деревню. Наказал ей, чтоб отец Авраам Иванович приплыл к ним. Хотя до деревни от того луга было около шести километров, папа на лодке добрался быстро. При помощи старшего сына перенес в лодку Кирилла и отправился в Ижму, где располагалась ближайшая больница.
Почти 140 километров одолели на шестах всего за сутки. Врачи насчитали на теле пациента 16 ранений. Полгода понадобилось медикам, чтобы поставить на ноги жертву жестокой расправы.
Позже выяснилось: он в тот роковой день шел вдоль одного из ручьев и высматривал рябчиков. Скоро удалось добыть одного. Звук выстрела привлек внимание чужаков. Позже его встретили два человека, одетых не так, как деревенские. Они отобрали ружье и дичь, а затем, из-за того, что тот оказал сопротивление, стали избивать его руками и ногами, а также прикладом.
Отстали после того, как Кирилл потерял сознание. Придя в себя, он вспомнил, что с ним приключилось, а так же то, что неподалеку на лугу должен был косить траву брат Василий и пополз к нему.
Что стало дальше, дорогой читатель, вы уже знаете.
Смерть застала Кирилла Аврамовича Семяшкина позже: погиб он доблестно в первые месяцы Великой Отечественной, защищая город-герой Ленинград.

Валерий ХОЗЯИНОВ

1803

Добавить комментарий

Комментарии (0)